Феминизм в большом городе: мужчины ничего нам не должны

Если бы мне пришлось составлять рейтинг самых неожиданных вопросов о Москве, которые мне когда-либо задавали, этот, несомненно, занял вы первую сточку.

 Есть ли в Москве феминистский клуб? – спросила коллега, переехавшая в город неделю назад.

 Феми-что? «:shock:» – я действительно опешила. В момент, когда она это спросила, я как раз листала афишу в поисках интересных концертов, лекций, выставок и вечеринок – то есть того, что, в моем представлении, может наполнять досуг молодой женщины в мегаполисе.

 Феминистский клуб или что-нибудь в таком духе, —  повторила она.

И это был вызов. В городе, который я провозгласила идеальным, должно быть все. Даже такая блажь…

Клуб, конечно же, нашелся, и не один. Но мне не давало покоя….

 Феминизм – это что, хобби?  Зачем нужно посещать феминистский клуб?

–  Начнем с того, что я родилась на юге Казахстана, в узбекском поселке, где роль женщины заранее определена обществом, и она не может ее изменить. Обществу противостоять сложно, тем более в одиночку, а находясь изначально в положении зависимых, женщины там не имеют возможности ни получить высшее образование, ни, соответственно, обеспечить себя самостоятельно.

Я с детства наблюдала этот процесс унижения и угнетения женских прав, и даже лично с ним сталкивалась. Причем дискриминационные настроения проявляют даже весьма образованные люди, как мужчины, так и женщины, которые неосознанно воспринимают себя ниже мужчин. Так вот мне очень важно продвигать идею феминизма, а клуб позволил бы найти единомышленников, с которыми эту идею можно обсуждать и развивать.

 Эльвина Булатова, журналист, политолог, убежденная феминистка 

Эльвина-1024x576

 Я слышала выражение, что «феминистки не ходят строем», что означает, что общей борьбы по сути нет, а каждая современная феминистка сражается за свои личные права. Это так?

–  Сложно сказать. Централизованности, действительно, нет, во всяком случае в странах постсоветского пространства. Но при этом в отдельных городах, как, например, в Бишкеке, можно найти очень сильные феминистические организации, которые имею какую-то власть и возможности.

Нашим, постсоветским, женщинам трудно объединиться, потому что, во-первых, они не осознают этого притеснения и, следовательно, необходимости борьбы. Они привыкли быть на вторых ролях и не знают, что может быть иначе. Когда в обществе изначально сформирована роль женщины как представителя низшего класса, когда ее с детства воспитывают, как объект, а не субъект, это формирует ее мышление, и только за счет повышения уровня образования можно эту ситуацию как-то изменить.

Далее, даже если женщины начинают объединяться с целью отстаивания своих прав, они сталкиваются с системой, которая клеймит их, стигматизирует. Думаю, государствам «пост-совка» в целом не выгодны крупные феминистические организации, потому что в условиях стабильного демографического кризиса становится важно пропагандировать так называемые семейные ценности, а не личностные.

2770fcdf96c0-207x300 В чем конкретно ты чувствуешь дискриминацию? За что пытаешься сражаться лично ты?

– За равное отношение к женщинам и мужчинам, основанное на их объективных, а не стереотипных интеллектуальных и физических способностях. За то, чтобы женщины получали такие же зарплаты, что и их коллеги-мужчины, и имели такие же возможности карьерного роста. За то, чтобы искоренить отсталое представление, столь популярное в России и Центральной Азии, о том, что миссия женщины на земле – родиться и выйти замуж. И чтобы фактор замужества перестал быть ответом на все вопросы и решением всем проблем. Ведь, согласись, каждый раз, в любом споре, если женщина, по мнению общества, ведет себя неадекватно, первое, что ей вменяется, это: «А, да она просто не замужем».

А если она и выходит замуж, от нее начинают требовать ребенка. Множество семей распадается, если женщина не может или не хочет иметь детей, что в очередной раз доказывает, что мужчины смотрят на нас как на инкубатор, а не как на личность.

Когда ты поняла, что привычные для нашего общества премодернистские ролевые модели тебе не подходят?

– Мне кажется, я давно к этому шла, но окончательно осознала около полутора лет назад, когда училась в магистратуре. Мы подробно изучали вопрос феминизма, в том числе его роль в международных отношениях, связь феминизма и войны, много других смежных явлений… То есть, как я и говорила, вместе с образованием приходит понимание реального положения вещей.

Знаешь, самое ужасное, что сейчас очень остро чувствуется откат в досоветский период, понижение роли женщины. Один из мощнейших инструментов в этом процессе, конечно, религия.

Скажи, а ты не боишься стать отчаянным радикалом в этом вопросе? Мне почему-то кажется, что тут легко перегнуть палку, и обратить борьбу за права женщин против самой же себя. женщина-210x300

– Я не вижу никакой радикальности. Я просто требую уважения к себе как к человеку и равные для всех возможности для самореализации. Чтобы ко мне прислушивались так же, как и к мужчине, не указывая на то, что мое место – на кухне.

Ок, по поводу места… Феминистки называют около пятисот профессий, в которых, по российскому законодательству, нет места женщине. Самый популярный пример – профессия машиниста метро. В 80-х годах, если я не ошибаюсь, женщинам запретили водить поезда в подземке. Прошли какие-то протесты, но в итоге сопротивление стухло, и сегодня в метрополитене дорабатывает свой стаж лишь одна женщина, Наталья, и то, она перешла в депо, и поезда больше не водит. Скажи, ты правда считаешь, что женщинам нужны подобные позиции?

– Я считаю, что женщина должна иметь возможность выбирать из того же списка профессий, что и мужчина. Если она готова морально и подходит физически для такой работы, то надо дать ей возможность ее получить.

Мне всегда казалось, что современный феминизм полон лукавства. Сейчас, как я это вижу, женщины борются за равноправие, не будучи сами к нему готовы. То есть они хотят одинаковых прав, но не одинаковых обязанностей. Разве нет?

– Нет, я не согласна. Думаю, женщины, которые борются за свои права, вполне готовы нести на себе обязательства, равные мужским. Они финансово независимые, эмоционально и морально устойчивые.

женщины-3-1024x614

Кроме того, есть еще один очень важный момент: делая акцент на том, что женщина – слабое существо, мы тем самым создаем сильное давление на мужчину. Женщины привыкли говорить «мужчина должен», и я против этого. Находясь под давлением этих общественных устоев, мужчины часто берут на себя непосильные моральные, материальные обязательства. Так вот я хочу сказать, что равно как женщина не является объектом, так и мужчина не является ресурсом. Он имеет право быть слабым и имеет право не быть способным на сто процентов заботиться о своей семье. Пропагандируя феминизм, мы защищаем не только женщин, но и мужчин. Феминизм помогает нам услышать друг друга, оценить права друг друга, и настроить их так, чтобы они работали на общее благо.

Многие считают, что феминистками становятся женщины, по каким-то причинам потерпевшие неудачу на личном фронте. Как ты думаешь, сегодня, что для женщин является максимально частым и мощным толчком к феминизму?

– Думаю, личная жизнь играет весьма опосредованную роль, а главным двигателем к феминизму является давление со стороны социума. Устоявшаяся модель реализации женщины в обществе по принципу «выйти замуж – рожать детей» – это красная тряпка.  Я не вижу себя вышедшей замуж в 18 лет и нарожавшей к тридцати годам кучу детей, в то время как мои интеллектуальные способности позволяют мне получить высокое образование и реализовывать этот потенциал, в том числе, кстати, на благо развития общества и экономики. Почему коммунисты начали так активно привлекать женщин к труду? Да потому что женщины составляют больше половины населения, и логично привлекать их к развитию экономики.

Ок, совсем глупый вопрос. Женщины получили право на образование примерно век назад. Как ты думаешь, сколько должно пройти, чтобы помимо Мари Кюри, Айн Рэнд и Вирджинии Вульф в мировой науке, литературе и философии появились и другие легендарные женские имена?

– Мне кажется, в мире уже сейчас много талантливых женщин. Одна из задач феминизма как раз и заключается в том, чтобы вывести их имена из тени.

Кстати, про талантливых женщин. Гинекобиблиофобия (ненависть к женщинам-писательницам) – очень популярное явление, особенно в России и странах «пост-совка». Я и сама предвзята в этом отношении. При этом нобелевскую премию по литературе за 2015 год присудили белорусской писательнице Светлане Алексиевич. Иронично, по-моему. Как думаешь, можно ли счесть это за некий прогресс в борьбе за женские права?

– Да, ее оценили, и это хороший знак, и хороший стимул для других женщин-писательниц, являющихся жертвами этого глупого стереотипа.

Ты, как часть общей борьбы на стороне феминизма, чувствуешь свою сопричастность к подобным достижениям?

– Да, чувствую эмпатию, мне приятно.{:}

Об авторе Яна141 Статьи
По профессии - журналист, по призванию - кухонный философ. Обожатель Москвы и бунтарь. Фрустрирующий гедонист.

Оставьте комментарий

Что вы об этом думаете?